Вдова Паваротти: «Наша любовь не дает покоя многим. Счастливые истории любви Лучано Паваротти и Николеттa Мантовани Дочери паваротти
Лучано Паваротти
Развод Лучано Паваротти, знаменитого итальянского тенора, потряс всю Италию. Он в течение многих лет жил со своей женой Адуей, которая родила ему троих дочерей. Правда, газеты неоднократно писали о любовных похождениях синьора Паваротти, но жена старалась не обращать на это никакого внимания. Каждый раз, когда ей на глаза попадалась новая заметка о поведении ее мужа, Адуя прятала газету, чтобы ее не прочли дочери, а затем открывала альбом и погружалась в воспоминания.
Разглядывая фотографии, она вспоминала о том, как Лучано ухаживал за ней, старался обратить на себя ее внимание. В то время он был еще молодым, бедным и никому не известным парнем. Он несколько раз делал Адуе предложение, но каждый раз получал отказ. Не сдаваясь, он продолжал ухаживать за девушкой и наконец через 8 лет уговорил ее выйти за него замуж. Правда, на решение молодой итальянки повлияло то, что Лучано получил свой первый приличный гонорар за выступление. И в этом была заслуга Адуи: у ее жениха был хороший голос, но сначала он мечтал стать футболистом, а потом учителем в народной школе. Именно она уговорила Лучано учиться петь, так что даже его первый гонорар – это и ее заслуга.
Перевернув еще несколько листов альбома, Адуя вспоминала их свадьбу. Они поженились в 1961 году. На первый гонорар супруги, посовещавшись, решили приобрести автомобиль (правда, если бы не Адуя, Лучано оклеил бы купюрами стены их спальни). Затем Лучано стал выступать, а его супруга делала все от нее зависящее для того, чтобы он стал великим певцом. Она никогда не упрекала мужа в том, что дом всегда полон народа, что он мало времени проводит с ней и девочками: работа прежде всего, ничто не должно отвлекать его от восхождения на вершину.
Адуя никогда не жаловалась и не обижалась на то, что в ее день рождения он дает концерт на другом континенте, что о рождении дочерей и других важных событиях он узнает по телефону. Зато Лучано прославился на всю Италию, а затем и на весь мир. Его счет в банке рос, и она с девочками могла спокойно смотреть в будущее. При этом Адуя никогда не забывала, как ее муж хотел распорядиться своим первым гонораром. Дочери подросли, у нее появилось больше свободного времени, и она активно взялась за ведение финансовых дел Паваротти. При этом она продолжала вести себя как преданная, любящая и заботливая жена: ежедневно вставала очень рано и утюжила мужу рубашку, затем заваривала чай, готовила завтрак.
Конечно, Адуя расстраивалась, когда читала о похождениях своего Лучано, но каждый раз старалась уверить себя в том, что никакая любовная интрижка не заменит ему семью, он любит ее все так же сильно, как и тогда, когда она дала ему свое согласие стать его женой.
Адуя и Лучано прожили вместе 35 лет. Все это время, особенно по мере того, как ее муж становился все более знаменит и богат, Адуя опасалась, что какая-нибудь молодая и смазливая девчонка поймает его в свои сети. Но время шло, и чем старше становился Лучано, тем спокойнее она думала о завтрашнем дне. Ему ведь уже исполнилось шестьдесят, в таком возрасте мужчины, как правило, не уходят из семьи. Ей удалось сохранить свой брак, и им с Лучано, по всей видимости, суждено прожить друг с другом до конца жизни. И тут неожиданно, как гром среди ясного неба – статьи о его новом романе с секретаршей. Адуя совсем не ожидала такого поворота событий. Ее мужу исполнилось 63 года, а эта девочка моложе его дочерей – что между ними может быть общего? Вероятно, ей придется снова стиснуть зубы и ждать, когда ему надоест эта глупышка и он вернется в семью, как это бывало уже много раз. Однако последующие дни показали, что все не так просто.
Секретаршу великого итальянского тенора звали Николетта Мантовани. Она получила хорошее образование, изучала психологию, была неглупа. Что касается ее внешности, то она вызывала много споров. Одни считали, что эта очкастая худышка, никогда не пользующаяся косметикой, – самая обыкновенная девушка, таких тысячи на улицах любого итальянского города. Другие уверяли, что она очень мила и очаровательна. Сам Паваротти восторгался всем: ее фигурой, лицом, улыбкой, волосами, голосом. Очень скоро после знакомства с ней Паваротти почувствовал, что Николетта ему очень нравится, а затем понял, что без памяти влюбился в нее, да и она сама стала проявлять к нему все больший интерес. Наконец Лучано перестал владеть собой: он прижал девушку к стене и поцеловал ее, а затем повез в мотель. Так начались их отношения.
Первое время им приходилось скрывать свою любовь, что было тяжело и для Паваротти, и для Николетты. Лучано понимал: долго так продолжаться не может, и его жена, знавшая его более 40 лет, скоро догадается, что с ним творится что-то неладное, и начнет выяснять отношения. У Николетты был жених, но она сразу рассталась с ним. Однако ей тоже приходилось держать свои отношения с шефом в тайне ото всех, что было не так легко.
Очень скоро певец отменил очередной концерт, купил два билета на Багамы, забрал Николетту и уехал из Италии. Там, на пляже, их и сфотографировал папарацци. Снимки были опубликованы во всех газетах Италии, Европы и даже Америки. Именно из них Адуя узнала, что ее муж снова изменяет ей. Но теперь его наглость и самоуверенность перешли все границы: Адуя смотрела на фотографии, опубликованные в газете, и чувствовала не ревность и злость, а скорее удивление и даже жалость: ее муж с крашеными волосами и подведенными бровями обнимает маленькую хрупкую девушку в больших очках. Она была похожа на его внучку, а не на любовницу.
Вернувшись в Италию, Лучано забрал свои вещи, ушел от жены и поселился вместе с Николеттой. Поначалу им приходилось нелегко: журналисты брали бесконечные интервью, многие осуждали певца. Николетта признавалась: «Мне казалось кошмарной необходимость постоянно оправдываться, объяснять кому-то что-то, и в результате я решила, что не обязана этого делать, что я буду просто жить и наслаждаться каждым мгновением жизни. Самое худшее было сначала, когда Лучано говорил: “Не целуй меня, не прикасайся ко мне”, а я не могла понять, почему мы должны скрывать это».
Но очень скоро она освоилась с новой ролью гражданской жены и начала давать откровенные интервью, в которых всячески расхваливала любимого. Так, она говорила: «Лучано не раз жаловался мне на одиночество. Он уважает свою супругу, но прежнего влечения к ней уже давным-давно не испытывает. Они не занимались сексом уже долгие годы. Мне представляется это сущим безумием, ведь Лучано переполнен энергией, он так страстен в постели. Ему просто необходим рядом молодой, активный человек, муза-вдохновительница. Ведь он же художник, ему нужны новые, острые ощущения, а не тлеющие эмоции и навязанное судьбой монашество».
Она хвасталась подарками: бриллиантовыми, изумрудными и жемчужными драгоценностями, которые щедро дарил ей Лучано. Кроме того, она заявляла журналистам, что мечтает родить своему любимому сына.
Сам Паваротти отзывался о возлюбленной так же хорошо: «Она очаровательная, сладкая и такая сильная! Она создана для меня».
Все эти заявления окончательно доконали Адую, и она подала на развод и потребовала половину всего состояния мужа, считая, что это справедливо: кем бы он сейчас был, если бы не она, – учителем народной школы? Однако ей не повезло: адвокат Паваротти объяснил ей, что она не может рассчитывать на такую сумму. Тогда, разозлившись, Адуя заявила, что Паваротти на протяжении многих лет занимался укрывательством налогов. Она прекрасно знала мельчайшие подробности (в свое время она сама вела черную бухгалтерию) и заявила обо всем в налоговую полицию. Таким образом выяснилось, что Паворотти укрыл от налоговых органов в общей сложности около 10 миллионов долларов.
Так певец оказался замешанным сразу в двух судебных разбирательствах. В тот период его осуждали все: в газетах писали, что у него имеется недвижимость по всему миру, огромные счета в банках, что он связан с мафией и т. д. Однажды у певца возникли осложнения с обслуживающим персоналом гостиницы «Шератон» в Падуе: он вместе с Николеттой забронировал номер, но администратор отказался выдать ему ключи, потребовав паспорт.
Лучано заявил: «Я останавливался в лучших отелях мира, и никто никогда не требовал с меня паспорта!». Николетта кинулась защищать своего возлюбленного: «Паваротти – король оперы, который выступал в 60 странах мира и везде покорял публику. Говорят, что женщины испытывают от его пения оргазм прямо в зале! А вы обращаетесь с ним, как с мелким жуликом».
Даже знакомые певца не упускали повода поддеть знаменитого певца. На одном из светских раутов Пласидо Доминго заметил: «Старик, у тебя забавная внучка, вот только не помню, какая из твоих дочерей произвела ее на свет».
В связи с этим Лучано и Николетта старались как можно меньше бывать на публике и большую часть свободного времени проводили в бело-голубом доме в Пезаро. Стены этого дома украшены картинами Паваротти, которые он писал на протяжении всей жизни. Гостям и журналистам, посещавшим этот дом, Николетта с гордостью говорила: «Как, разве вы не знаете, что Лучано еще и прекрасный художник?!». Николетта присутствовала на всех концертах своего возлюбленного, принимала активное участие в его благотворительных акциях, защищала его от нападок прессы. Но при этом она не баловала мужа, заставляла пить настои трав, если ей казалось, что у него изменился тембр голоса, и могла отругать за любую провинность. Лучано нравилось все, он был в восторге от своей девочки, переживал вторую молодость.
Их разногласия касались только вопросов питания. Давая интервью, Лучано говорил о Николетте: «Ее кулинарные способности – сплошная катастрофа. Как-то она собралась приготовить мне тортеллини. Для этого ей понадобилось звонить из Нью-Йорка, где мы находились, своей матери в Болонью, чтобы узнать рецепт. Разговаривали они почти час. Очень, конечно, мило с ее стороны, но гораздо дешевле было бы слетать в Италию».
Николетта заставила его похудеть. «Она заперла меня дома на три недели наедине с планом диетического питания и соответствующими ему продуктами. Ни спагетти, ни пиццы, ни алкоголя… Сплошной сок, да еще водой разбавленный», – жаловался журналисту Паваротти. Но при этом он обожал свою возлюбленную и ради нее был готов на все.
Так прошло около двух лет. Все это время судебные разбирательства не прекращались. Наконец суд постановил, что певец обязан выплатить державной казне 13 миллионов долларов. Процедура развода заняла еще больше времени. Лучано размышлял о том, что в прошлом ему пришлось в течение нескольких лет уговаривать Адую выйти за него замуж, а теперь почти столько же времени, чтобы развестись с ней. Но всему приходит конец, и бракоразводный процесс тоже завершился.
Все это время Паваротти продолжал выступать, но не раз заявлял о своем решении уйти со сцены. Однажды, перед выступлением в США, он заболел гриппом и был вынужден отменить концерт всего за несколько часов до его начала. В связи с этим разразился скандал, что очень расстроило певца. Он еще раз подтвердил свое решение в скором будущем уйти со сцены. Николетта мечтала о свадьбе и детях: «Конечно, у нас обязательно будут дети, а может быть, и внуки». Что касается Паваротти, то он говорил только: «Естественно, дорогая». Она не оставляла мысли родить своему любимому мальчика. В 2002 году она забеременела, а в январе 2003 года родила. Однако роды были преждевременными и очень тяжелыми. Как показало обследование, у Николетты были двойняшки – мальчик и девочка. Но при родах мальчик умер. Девочку удалось спасти, ее назвали Аличе.
Спустя четыре года после смерти великого тенора Лучано Паваротти его вдова Николетта Мантовани призналась, что она уже не одинока. Рядом с ней появился симпатичный мужчина – Филиппо Вернасса. Теперь он помогает ей управлять делами Фонда имени Паваротти. Правда, восьмилетняя дочь певца Аличе не в восторге от друга мамы.
Сразу же после смерти Лучано Паваротти заговорили: Николетта, последняя его любовь и жена, лишь играла чувствами великого певца. Добившись официального брака, она перестала с обожанием смотреть на Лучано и показала свой отнюдь не ангельский характер.
Все удивлялись: Паваротти медленно угасает от рака поджелудочной железы в своем доме в Модене, а его молодая жена, забрав дочку, уехала в Штаты! Маэстро не хотел выносить скандал на всеобщее обсуждение, рассказывал о своем горе лишь близким. Одной из них была Лидия Ла Марка, жена руководителя оркестра Леоне Маджиера, лучшего друга Паваротти.
– Как мне плохо! – жаловался ей смертельно больной певец. – Николетта не дает мне общаться с теми, кто мне дорог и кого я люблю, она окружила меня людьми, которых я терпеть не могу. Жена не подпускает ко мне друзей и даже личного помощника Тино, который был рядом столько лет!
Еще больше ужасало артиста, что Николетта старалась поссорить его с дочерьми от первого брака.
– Она все время говорит гадости о моих дочерях, – сокрушался он. – Я оказался в полной изоляции!
Паваротти был уверен: молодую супругу одолевает единственная цель – она хочет как можно больше урвать от его наследства.
– Николетта постоянно думает о деньгах. Она приносит мне разные документы на подпись. И устраивает мне жуткие сцены, – чуть не плакал певец.
От осознания, что его любимая Николетта просто использовала его и на самом деле вовсе не любила, Паваротти приходил в отчаяние. В такие минуты он был близок к самоубийству.
– Знаешь, Лидия, мне иногда хочется застрелиться… – говорил он.
По словам Лидии, он обсуждал с ней, как расстаться с молодой супругой. Но признавался, что его удерживает от этого поступка лишь мысль о маленькой дочке Аличе. Она была для него светом, последним радостным солнечным лучиком в жизни. А теперь Николетта угрожала разлучить его с Аличе, если он подаст на развод. Это было выше его сил.
За несколько недель до смерти Паваротти, когда стало очевидно, что самочувствие его резко ухудшается, Николетта позвонила из США лечащему врачу и потребовала найти бумаги на три нью-йоркские квартиры.
– Она попросила меня поискать их в сейфе. Но их там не оказалось, – вспоминал доктор.
…Паваротти очень сожалел, что связал свою жизнь с молоденькой секретаршей, попался на приманку. Он познакомился с 26-летней Николеттой Монтавани на скачках. Девушка увидела в нем бесценный подарок судьбы и поставила на него, как на скаковую лошадь. Через месяц она стала его секретаршей и нянькой. Она взялась за питание маэстро, и благодаря ее стараниям певец сбросил 25 килограммов! Она составляла идеальные планы гастролей, лечила его больное горло…
Законной жене не понравилась такая плотная опека. Прижатый к стенке супругой, Паваротти объявил, что согласен на развод. Он отписал жене половину состояния. Секретарша безропотно выжидала трехлетнюю паузу после развода. И все это время была идеальной супругой и мечтала подарить своему Лучано сына. Сделать ей это долго не удавалось – из-за проблем со здоровьем. Но в итоге она забеременела. Это были близнецы. При родах, увы, умер один из младенцев – мальчик. Девочку врачам удалось спасти. Казалось, Аличе должна была сделать их только ближе. Но молодая жена на глазах вдруг из ангела стала превращаться в чудовище.
Ради нее Паваротти оставил первую супругу Адуа. Они влюбились друг в друга еще подростками. Семь лет он добивался ее согласия выйти за него замуж. Это Адуа посоветовала ему, простому учителю, учиться оперному пению, она была его талисманом и хранителем. Они были вместе почти 40 лет. Адуа родила ему трех дочерей. Лучано предал ее…
В последний год его жизни одна из дочерей родила ему внучку. На торжестве в честь ее рождения Паваротти впервые за многие годы встретился с Адуа… Она простила его.
– Он не раз говорил, что очень сожалеет, что расстался с Адуа, – сказал диетолог великого тенора Андреа Страта.
В последние дни рядом с ним были старшие дочери. Незадолго до смерти Паваротти изменил свое завещание в пользу трех дочерей от первого брака. Певец был богатым человеком: владел несколькими домами в Нью-Йорке, Монте-Карло, Италии, обладал огромной коллекцией картин знаменитых художников, вел парфюмерный бизнес, являлся владельцем одиннадцати действующих предприятий. Всего же его состояние оценивалось в 300 млн евро.
– Однажды он мне сказал, что это его моральный долг – изменить завещание, – продолжает Лидия. – Я спросила у него, что я могу сделать: «Может, мне надо поговорить с женой?» Но он остановил меня и сказал: «Ни в коем случае не говори ничего Николетте».
После смерти великого тенора его молодая жена подала в суд на Лидию за то, что она рассказывала журналистам о последних днях жизни Паваротти. А свой отъезд в США в тяжкий для ее мужа момент она объяснила своей болезнью. По ее словам, в Нью-Йорке ей пришлось пройти курс лечения от рассеянного склероза…
Николетта получила по завещанию свою долю наследства – дом в Медине, ресторан, конюшни и недвижимость в Нью-Йорке. Теперь вдова руководит фондом имени великого тенора. А недавно она призналась, что у нее появился мужчина, который ей во всем помогает, – Филиппо Вернасса, театральный режиссер.
Восьмилетней Аличе избранник мамы не нравится. Она приняла его в штыки. Но, как уверяет Николетта, Филиппо сделает все, чтобы стать и для нее настоящим другом.
Я ПРОШУ, нет, я требую не включать в моем офисе эту музыку! - Лучано был в ярости. - Я ничего не имею против рока, но ЭТИ звуки выводят меня из себя!
Особенно перед серьезной репетицией!
Секретарша недовольно хмыкнула и поправила очки, съехавшие на кончик носа. Маэстро окинул ее взглядом: длинные волосы собраны в старомодный пучок, строгий деловой костюм застегнут на все пуговицы… Настоящий «синий чулок»!
Знаете, Николетта, - бросил он, исчезая в дверях своего рабочего кабинета, - иногда я искренне сожалею, что взял вас на работу! Вы, вероятно, ошиблись дверью. Ведь неподалеку находился офис Цуккеро!
НИКОЛЕТТА уже привыкла к подобным репликам, хотя занудство толстяка ее страшно бесило: «Николетта, не приглашайте подружек в офис, не болтайте так часто по телефону, не опаздывайте на работу…» Сколько можно? Пора поставить на место «Синьора Девять До» (эту кличку Николетта присвоила шефу после того, как узнала, что он первый в истории тенор, кто в опере Доницетти «Дочь полка» взял все девять «до» второй октавы в арии «Какая судьба»). Может, явиться к нему в кабинет, снять очки, угрожающе прищуриться и сказать, к примеру: «Синьор Паваротти, меня не устраивают условия работы, поищите себе другую секретаршу»? Если он засуетится, извинится или посулит увеличить оклад, то, небрежно бросив «Я подумаю», можно степенно выйти из кабинета… Предаваясь мечтам о кровавой расправе, Николетта даже не услышала, как босс окликнул ее. Потом еще и еще, и очнулась, лишь увидев перед собой его красное, злое лицо: «Милая девочка, что вы себе позволяете? У меня через пятнадцать минут репетиция, а я еще не сделал и глотка зеленого чая! Ваша нерадивость переходит все границы!»
И тут ее мечты начали сбываться - «девочка» напустила на себя враждебный вид и выпалила на одном дыхании: «Если я вас раздражаю, может, нам стоит поговорить о моем уходе?» Лучано не ожидал такого поворота. Как секретарь Николетта просто бесценна! Сколько раз она выручала его, подсказывая шепотом нужные слова во время важных встреч и заключения контрактов! Николетта помнила наизусть все даты, цифры, имена людей, с которыми Лучано когда-либо приходилось иметь дело. Без ее помощи были бы невозможны сделки по недвижимости по всему миру, открытие в Гватемале образовательного центра для неимущих, переговоры с бизнесменами и чиновниками всех мастей. Нет, без нее он уже не сможет. Лучано изобразил на своем лице примирительную улыбку:
Простите меня, синьорита Мантовани. Вы знаете мой горячий нрав… Пожалуйста, принесите мне чай…
Николетта торжествовала. Она обставила босса! В следующий раз он хорошенько подумает, прежде чем сказать ей гадость! Может, воспользоваться ситуацией и повесить на стену фото Мика Джаггера?
Лучшие дня
Гений и синий чулок
«ЭТО случилось ранним весенним утром 1998 года, - вспоминает Райт Уильям в книге «Мой мир». - Лучано с группой коллег, включая Николетту, спускался по лестнице флорентийского отеля «Вилла Сан Ижм», где им пришлось заночевать. Маэстро и его свита уже покидали гостиницу, когда за их спинами раздался голос портье:
Простите, синьоры, но вам придется задержаться на пару минут. Мне только что позвонила горничная и сказала, что недосчиталась терракотовой вазы ручной работы в одном из ваших номеров. Вы слышали что-нибудь об этом?
Николетта тотчас спряталась за спину шефа. Она знала, о чем идет речь. Ей приглянулась эта вазочка, и она не устояла. Но кто же знал, что обслуживающий персонал окажется столь проворен! Сколько раз она прихватывала то полотенце, то халат, то другую «мелочь на память» из роскошных отелей, где они останавливались! И никто не ловил ее с поличным. И вдруг такой стыд! А Паваротти тем временем уже спасал ситуацию:
Вы можете сообщить прессе, что маэстро Паваротти взял эту вазу для своей домашней коллекции. Уверяю вас, мой друг, лучшей рекламы для отеля вам не придумать!»
На следующее утро, когда Лучано приехал в свой офис, чтобы просмотреть почту и выслушать отчет секретарши о деловых звонках, она встретила его в дверях. Щеки Николетты были красными от волнения, а глаза блуждали в полной растерянности. Она принесла ему традиционную чашку зеленого чая и… небольшой сверточек, в котором оказался шарфик из колючей шерсти.
Вы купили его специально для меня? - удивился Лучано.
Вместо ответа Мантовани лишь икнула. Паваротти засуетился - налил девушке стакан воды, похлопал ее по спине, но тем самым лишь усугубил ситуацию - икота Николетты перешла в рыдания. В этот момент в кабинет вошел личный шофер Лучано. Босс никогда не опаздывал, тем более на репетицию, где их уже ждали Каррерас и Доминго. Но тенор даже не взглянул на него - он был всецело поглощен девушкой…
Уже в машине Паваротти опустил боковое стекло (раньше он никогда этого не делал из-за боязни простудиться), закрыл глаза и стал жадно вдыхать пьянящий миланский воздух. Ему хотелось остановить машину, пройтись босиком по газону парка, выпить вина, а может, даже поиграть с мальчишками в футбол… И снять наконец этот душный галстук, превративший накрахмаленный Адуей воротничок в плотный панцирь… Адуя! Имя жены действовало, как нашатырь. Интересно, заметит ли она в нем эту перемену?
В тот вечер у Паваротти был концерт. Лучано, как всегда, окинул взглядом зрителей и - о, Боже! В пятом ряду в самом центре сидела Николетта! Ее глаза сияли то ли от слез, то ли от лучей софитов. В этот миг его впервые освистала публика: в самом начале знаменитой «Agnus Dei» Лучано «дал петуха» - спел мимо нот дрогнувшим голосом. Может, отменить оставшиеся концерты и удрать с рок-бунтаркой куда глаза глядят? Ночью Лучано долго не мог заснуть. Присутствие Адуи, шорох ее бигуди на льняной наволочке были просто невыносимы! Даже испеченные ею вечером сладкие булочки, которые он, сын пекаря, раньше обожал, теперь показались ему абсолютно безвкусными. Как, впрочем, и все индивидуальное меню этого дня! Отныне он будет питаться в ресторанах! Долой запах сердечных капель, которые Адуя принимала перед сном уже десяток лет! Прочь тело, тронутое тремя беременностями и закованное в пижаму, как в бронежелет! Совсем другое дело - обнаженная Николетта! Ну и что, что она многим напоминает вешалку и не вышла ростом? Для него она все равно самая желанная женщина на свете!
Уже спустя несколько дней «желтая» пресса трубила на весь мир о неудаче первой близости влюбленных. По словам газетчиков, стоило Паваротти раздеться, как обоюдное желание близости куда-то испарилось. Лучано словно впервые себя увидел - в зеркале «красовался» не испанский мачо, коим певец привык себя мнить, а скорее старый, обрюзгший распутник! Такой не только вряд ли сможет доставить девушке удовольствие, а чего доброго раздавит малышку! С этого дня Николетта стала активно следить за поддержанием формы своего возлюбленного. При подозрительном тембре голоса она заставляла Лучано принимать травяную настойку. Если костюмчик сидел нелепо, подчеркивая явные недостатки грузной и рыхлой фигуры, она тотчас же направляла Лучано к новому модельеру. До встречи с Николеттой Лучано любил покапризничать. Однажды он отказался от выступления, заявив, что не собирается задыхаться на сцене, где столько пыли. А во время спектакля «Отелло» он, сидя на высоком кожаном троне, закусывал, когда его коллеги пели свои партии. Теперь Николетта могла отругать маэстро, шлепала его по щекам за малейшую провинность. И Паваротти это нравилось! При этом мудрая Адуя Верони продолжала вести себя так, будто ни о чем не догадывается, и естественным путем «треугольник» не размыкался. На самом деле Адуя копила выдержку уже много лет, втайне страдая от романтических увлечений мужа и частенько обращаясь к помощи психотерапевта. А Лучано смотрел на это просто: «Меня всегда очень оберегали и постоянно баловали. Еще бы! Я - первый сын, родившийся после шести дочерей, - все так радовались! И теперь я постоянно окружаю себя женщинами. У меня восемь или девять секретарш, будь моя воля, я бы позволил женщинам править миром. Они серьезны, очень участливы и добры. Но их понять - все равно что познать мир до конца. Я начал исследовать этот мир в четыре года и до сих пор не познал его. И не хочу. Иначе будет скучно».
Все 35 лет Адуя не только заботилась об удобствах певца, но и о его финансах. Паваротти, зарабатывая около $2 млн. в год, имел недвижимость в Модене, Монте-Карло, Париже и Нью-Йорке, одиннадцать действующих предприятий, конюшню на 60 лошадей, занимался парфюмерным бизнесом… Обо всем этом пеклась Адуя и из последних сил старалась сохранить семью ради обеспеченного будущего трех дочерей - Лоренцы, Кристины и Джулианы…
Лучано тем временем красил волосы и брови: черный цвет придавал его лицу зловещее выражение и подчеркивал дряблость бледной кожи. Но маэстро не было до этого дела - он переживал внутренний надрыв и душевный разлад…
Развод по-итальянски
С испанской актрисой Инес Састр.ВЕРНУВШИСЬ вместе с Николеттой с Багамских островов в Италию, Лучано объявил супруге, что «весь пронизан любовью», и стал открыто жить с любовницей.»Она очаровательна, сладкая и такая сильная! Она создана для меня», - восторгался певец. «Неужели он не понимает, что выглядит по-идиотски, - в его-то годы рядом с девчонкой, которая моложе его собственных дочерей!» - Возмущению Адуи не было предела.
Как-то раз на званом ужине, где присутствовали высокие правительственные чины, Пласидо Доминго, похлопав Лучано по плечу, громко сказал: «Ты прекрасно выглядишь, несмотря на то что имеешь взрослую внучку. Я только забыл, которая из твоих дочек произвела ее на свет?» В другой раз Лучано забронировал номер в отеле «Шератон» в Падуе и приехал туда под вечер в обнимку с Николеттой. Администратор смерил комичную парочку ледяным взглядом и потребовал у Лучано паспорт, который тот, как назло, забыл. Паваротти возмутился: «Я останавливался в лучших отелях мира, и никто никогда не требовал у меня документов!»
Правила одинаковы для всех, - ответил администратор. - Наш отель посещают известные люди, у которых всегда есть при себе удостоверение личности. - И указал Паваротти на дверь!
В другом отеле сопровождавший парочку носильщик демонстративно протянул руку, открыто напоминая о чаевых. Лучано исполнил ему несколько пассажей из «О sole mio».
Этого хватит? - весело спросил он.
Мне нужны деньги, а не пение обманщика, - отрезал носильщик.
Последней каплей стали снимки папарацци, обошедшие все таблоиды мира. На них Лучано обнимался с любовницей. Особенно всех потряс репортаж о каникулах Лучано и Николетты на экзотическом острове Барбадос: миллионер преклонных лет, облаченный в дурацкие шорты и нелепую панамку, откровенно обнимал молоденькую секретаршу. Первое, что сделала Адуя, когда за утренним кофе развернула газеты с компрометирующими мужа снимками, - сорвала табличку с именем Паваротти с ворот семейного особняка. Потом через адвоката передала супругу длинное письмо, в котором попыталась образумить потерявшего голову Лучано. «Любовный огонь, - писала она, - обжигающий тебя счастьем сегодня, может обернуться горем и разочарованием. Когда спускается ночь, боль одиночества, особенно горестного для людей, насладившихся громким успехом, может унять только другое чувство, более глубокое, выдержавшее испытание временем». А Николетта была счастлива - ей не нужно больше скрывать свою любовь к шефу! Она вовсю делилась с журналистами, что в последние годы Лучано связывала с законной женой только дружба и что он изголодался по сексу: «Лучано не раз жаловался мне на одиночество. Он уважает свою супругу, но прежнего влечения к ней уже давным-давно не испытывает. Они не занимались сексом уже долгие годы. Мне представляется это сущим безумием, ведь Лучианино переполнен энергией, он так страстен в постели! Ему просто необходим рядом молодой, активный человек, муза-вдохновительница. Ведь он же художник, ему нужны новые, острые ощущения, а не тлеющие эмоции и навязанное судьбой монашество». При этом Николетта хвасталась драгоценностями, которыми ее систематически одаривал возлюбленный, - изумрудные и бриллиантовые кольца, сережки, кулоны, браслеты - она любила надевать все сразу. Мантовани строила далеко идущие планы о законном браке и будущих детях. Не отставал и Лучано: «Конечно, у нас обязательно будут дети, бездетный брак - все равно что пианист, который не играет!» Адуя тем не менее не собиралась сдаваться без боя. Если Николетта в разговоре с журналистами воспевала достоинства «своего Лучианино», то Адуя, наоборот, не уставала упражняться в злословии. Обиженная жена вспоминала самые нелицеприятные факты из жизни супруга. Николетта: «Лучано - великий добряк. Он совершенно бескорыстен. Мне кажется порой, что он пришел из другого мира, что его душа соткана из солнечных лучей». Адуя: «…Ему приходилось пользоваться специальными корсетами, чтобы не выглядеть бесформенной глыбой…» Супруга подсылала к Лучано близких друзей семьи, которые проводили с ним «разъяснительные беседы», взывали к благоразумию и здравому смыслу. Все без исключения предостерегали его от брака с «этой чертовкой». Неужели Лучано не понимает, что девушке просто нужны его капиталы? Неужели не видит, что эта ее любовь - всего-навсего циничный расчет? Нет, Лучано этого не видел. Или не хотел видеть. Он пытался объяснить друзьям, стоявшим на защите униженной Адуи, что его прежняя жизнь была не менее прекрасной. Что Адуя подарила ему много счастливейших мгновений, которые навсегда останутся в его сердце. Но их история любви, увы, закончилась… Просто закончилась. Никто в этом не виноват.
Адуя не вынесла такой наглости и подала на развод. При этом она умудрилась отсудить у экс-мужа $100 млн. да еще рассказала правоохранительным органам, что Лучано укрыл от налогообложения $20 млн.! У «забывчивого» певца возникли серьезные проблемы с властью. Ему грозило трехлетнее тюремное заключение. А вся Италия обсуждала его связи с мафией.
«Подумать только! - удивлялся певец в своей книге «Мой мир». - Когда-то мне потребовалось шесть лет, чтобы завоевать расположение Адуи. А теперь я трачу почти столько же времени, чтобы развестись с ней. А ведь мог бы потратить его на карьеру! Все говорят, что сорок лет пролетели как один день, но только не для меня. Это было долгое время, посвященное очень требовательной профессии. Пятнадцать лет потрачены на то, чтобы стать признанным, пятнадцать - на завоевание собственного места под солнцем, а все остальное время - на его последующую защиту. Я люблю угождать публике, ведь, по сути, она - мое начальство».
И Николетта вторит ему: «Вы что, не понимаете, что это за человек? Только перечень его заслуг должен заставить вас покраснеть: более 40 лет карьеры, 315 сольных концертов, 331 участие в совместных представлениях, 1266 выступлений в 60 странах мира, главные партии в 26 операх! Это же король! Говорят, что женщины испытывают от его пения настоящий оргазм прямо в зале! А вы обращаетесь с ним как с мелким жуликом! »
Четырехкратный отец
Свадьба Николетты и Лучано.ПАВАРОТТИ и Мантовани поселились на вершине утеса на одной из вилл певца в провинциальном городке Пезаро на берегу Адриатики. Внутри бело-голубого дома все выкрашено в яркие краски, и гости чувствуют себя здесь героями сказок. На стенах - картины Лучано, раскрашенные в ядовито-зеленые и жгуче-синие цвета.»Это мои цвета, цвета моей души, - любит пояснять гостям маэстро. - Я пытаюсь передать эти же цвета своим голосом». Год назад у Лучано Паваротти и Николетты Мантовани родилась разнополая двойня. Чтобы подготовиться к рождению близнецов, Паваротти отложил концерт «Три тенора», в котором участвовал вместе с Хосе Каррерасом и Пласидо Доминго. К слову сказать, незадолго до этого умерла мать певца Аделе, но он продолжал работать как ни в чем не бывало и свое выступление в лондонском Королевском опера-хаус посвятил ее памяти…
К несчастью, роды были сложными - Николетте пришлось перенести срочную операцию кесарева сечения, и мальчик из-за недостатка кислорода, поступающего к плоду, умер сразу же после рождения. Выжившая девочка стала первым ребенком 33-летней Мантовани и четвертым у 67-летнего Паваротти.
Свадьба
В КОНЦЕ 2003 года 68-летний тенор наконец женился на своей бывшей секретарше спустя 10 лет знакомства. Несмотря на значительную разницу в возрасте - 34 года, - они и сейчас прекрасно ладят друг с другом. Приглашения на свадьбу от имени их годовалой дочери получили 1000 гостей. Торжественная церемония, на которую невеста опоздала ровно на полчаса, прошла в театре, где состоялся дебют Лучано в роли Отелло. Здесь же молодожены обменялись кольцами под звуки «Аве Марии». А саму свадьбу играли в парке, где познакомились, когда Николетта еще работала ассистентом на конюшне маэстро. По словам Николетты, теперь в планах Лучано - сбросить вес и подумать о втором ребенке. А сам Лучано мечтает о 12 октября 2005 года, когда ему исполнится 70 лет и он наконец уйдет со сцены навсегда, чтобы уделить все свободное время жене, маленькой дочери и подумать о вечном. Нет, смерти он не боится, с тех пор как в 12 лет перенес столбняк и 15 дней пролежал в коме. Но именно тогда он понял, в чем смысл существования, и впервые поблагодарил Бога за то, что тот сохранил ему жизнь. Позже певец пережил авиакатастрофу в Нью-Йорке, о которой подробно рассказал в своей автобиографии: «Было так, словно Господь схватил меня за шиворот и сказал: «Ты так равнодушен к жизни. Вот познай, что такое смерть». Самолет раскололся пополам, и за следующие семь или восемь секунд вся моя жизнь от рождения до этого момента пронеслась перед моими глазами. И в тот момент я понял, что жизнь следует принимать такой, какая она есть, и наслаждаться ей в полной мере. Отдаваться ей со всеми своими силами. Сейчас я слоняюсь босиком по берегу моря, пою Николетте колыбельные, готовлю ей по утрам яичницу со шпинатом и слушаю с ней наших любимых «Роллинг Стоунз». Но в основном я слушаю ее. Мне доставляет удовольствие слышать ее голос. Если я с Николеттой, то мне везде хорошо, и я хочу быть с нею вечно!» Ради своей заветной мечты певец уже начал прощальный тур по миру.
Признанный лучший мировой тенор прожил длинную насыщенную жизнь, в которой было место не только для музыки, но и для любви. Первая жена Лучано Паваротти Адуа Верони прожила с ним много лет, родив певцу трех дочерей, но она была не единственной женщиной в личной жизни маэстро.
За тридцать пять лет семейной жизни Адуа, которая вышла замуж за Лучано, когда они были совсем молоды, была наслышана о многочисленных романах мужа, но старалась относиться к слухам не слишком серьезно.
Она была близка с супругом и, по свидетельству многих, да и самого Паваротти, именно первая жена заставила его всерьез заняться музыкой и оперным искусством. Однако долгая семейная жизнь, наличие трех детей не остановили великого тенора, когда он решил уйти от Адуи и жениться во второй раз.
С Николеттой Мантовани он познакомился, когда ему было пятьдесят восемь, а ей - двадцать четыре года. Она пришла устраиваться на работу в его фонд и после личного знакомства с Лучано тут же была принята.
На фото - Адуа Верони
Огромная разница в возрасте не стала препятствием для того, чтобы через пять лет они поженились. Их семейная жизнь складывалась прекрасно, вторая супруга тенора родила ему еще одну дочь Аличе, ставшую для Лучано четвертым ребенком. Однако из-за того, что Паваротти с молодой женой смотрелись, в лучшем случае, как отец с дочерью, они старались как можно меньше вместе появляться на публике, чтобы не становиться мишенью для шуток.
До встречи с Паваротти Николетта не занималась музыкой, окончила биофак университета в Болонье по двум специальностям - энтомолог и специалист по ландшафтному дизайну. Когда она только познакомилась с Лучано, то даже представить не могла, что когда-нибудь он будет ее мужем. Паваротти часто бывал в фонде, они познакомились ближе, и Николетта чувствовала, что нравится маэстро, но ответного чувства не испытывала.
На фото - Паваротти с первой женой
Она знала, что Лучано женат, воспитывает трех дочек, к тому же, до нее доходили слухи о его многочисленных романах, и Мантовани не собиралась становиться его очередной любовницей, однако не смогла устоять перед его обаянием. Их сближение произошло во время поездки в Нью-Йорк, где у Паваротти были запланированы гастроли. Вернувшись оттуда, Николетта уже не могла представить своей личной жизни без Лучано.
Их роман длился почти десять лет, в течение которых Паваротти несколько раз просил развода у своей первой супруги. Первая жена Лучано Паваротти рассматривала его роман с Николеттой, как очередную интрижку, и не спешила давать согласие на развод. Только в 2002 году маэстро официально разошелся с Верони и стал мужем Николетты Мантовани, и в этом же году она узнала, что беременна.
На фото - Лучано Паваротти и Николетта Мантовани
Их семейная жизнь продлилась пять лет - в 2007 году Лучано Паваротти умер от рака поджелудочной железы, а спустя четыре года у Николетты появился другой мужчина - Филиппо Вернасса. Дочь Николетты и Лучано Аличе поначалу восприняла его в штыки, но постепенно Филиппо нашел с ней общий язык.
В пик популярности Паваротти зарабатывал по 60 млн. долларов в год, а сегодня его состояние оценивается в 500–600 млн. долларов! Это и деньги на банковских счетах, и крупные пакеты акций двух десятков промышленных предприятий в Модене, и коллекция картин знаменитых художников. А также дорогущая : три квартиры в Нью-Йорке, апартаменты в Монте-Карло, дом в Модене и поместье в ее окрестностях, виллы в Песаро и на Барбадосе. Наиболее лакомый кусочек – нью-йоркские квартиры. Особенно та, что находится в фешенебельном манхэттенском районе Аппер Ист-Сайд, оценивающаяся по самым скромным подсчетам в 12 млн. долларов. Из ее окон открывается впечатляющий вид на Центральный парк, а расположена она прямо под квартирой Софи Лорен.
На церемонии прощания в Моденском соборе Адуя Верони (первая жена Лучано Паваротти) и Николетта Мантовани (его вторая супруга) сидели на одной скамье – ближайшей к гробу. Вот только заняли ее противоположные концы и за все время церемонии не обменялись ни единым взглядом. Разделяли их дочери Лучано от первого брака – Лоренца, Кристина и Джулиана.
На Адуе Верони, подруге юности, Паваротти женился в 1961 году после 8 лет помолвки. Жизнь жены знаменитости, особенно такой любвеобильной, как Лучано, не сахар. Он с улыбкой делал предложения всем привлекательным женщинам. «Шучу! Шучу!» – успокаивал король оперы их мужей. Но на прощание шептал красавицам: «Позвоните мне».
Паваротти всегда окружали несколько секретарш. И ни для кого не было секретом, что большинство из них исполняли не только свои прямые обязанности. Знала это, конечно, и Адуя, но почему-то терпела. Одни говорили, что ее вполне устраивала роль делового партнера супруга. Именно она вела его дела, покупала недвижимость и акции предприятий. Кстати, это обстоятельство сыграло важную роль при разводе. Лучано не удалось скрыть размеры своего состояния, потому что бывшая супруга знала о его деньгах больше, чем он сам.
По другой версии, Адуя терпела соперниц только потому, что Лучано Паваротти просто подкупал ее. И она за дорогие подарки соглашалась закрывать глаза на его шалости. К примеру, на семилетие романа с секретаршей Мадлен Рени, мечтавшей об оперной сцене и осуществившей свою мечту с помощью босса, Адуя получила в подарок браслет, стоивший почти четверть миллиона долларов.
Когда в 1986 году Мадлен ушла от Паваротти, чтобы выйти замуж за другого мужчину, Адуя облегченно вздохнула. Сам же певец так расстроился, что даже собрался было прыгать из окна своего номера в чикагской гостинице. Жена простила и эту сцену.
Чаша терпения Адуи Верони переполнилась только через десять лет. В начале 1996 года итальянские таблоиды напечатали фотографии с Барбадоса, на которых Лучано Паваротти развлекался с очередной секретаршей. С 26-летней Николеттой Мантовани он познакомился, когда та работала в конно-спортивном центре, находившемся на территории его поместья. Масла в огонь подлил сам Лучано, сказав в интервью, что они с Николеттой счастливы и что было бы глупо и преступно скрывать или отрицать это, а в завершение еще и назвал молоденькую секретаршу «фавориткой моего гарема». Адую, которой тогда было под 60, сильнее всего, наверное, задело то, что Мантовани была моложе не только Паваротти, но и Джулианы, их младшей дочери.
О расставании супруги объявили в марте 96-го, а шестью годами позже официально оформили развод. И, несмотря на заявления о том, что они остаются друзьями, бракоразводный процесс сопровождался громкими . Финансовые подробности держатся, естественно, в тайне, но по слухам, Адуя отсудила у бывшего мужа от 60 млн. долларов до половины его огромного состояния.
В январе 2003 года та самая секретарша Николетта родила Лучано близнецов: Риккардо, который, к несчастью, скончался через несколько часов после появления на свет, и Алису. А в декабре Паваротти и Мантовани официально стали мужем и женой.
И, казалось бы, с наследством все должно быть ясно. Адуе Верони, не так давно изрядно пощипавшей Паваротти, он мог ничего не оставлять. И все состояние, по логике вещей, должно перейти Николетте и Алисе, которую певец обожал. Но…
Поговаривают, что и во втором браке Паваротти было не все гладко, а в последнее время он и вовсе находился на грани разрыва. Особенно сильно отношения испортились после того, как у тенора обнаружили рак поджелудочной железы. Лучано якобы признался хорошей знакомой, что собирается обращаться к адвокату по бракоразводным делам, потому что Мантовани его не уважает. Осуществить задуманное, скорее всего, помешали любовь к 4-летней дочери и быстро прогрессировавшая болезнь.
В это же время в отличие от отношений с Николеттой дружба с первой женой у него явно налаживалась. Франка Страта, супруга профессора Андреа Страта, диетолога Паваротти, утверждает, что тенор очень высоко отзывался об Адуе Верони. Он говорил, что 40 лет совместной жизни так просто не вычеркнешь.
Завещание Лучано Паваротти написал в прошлом году в Нью-Йорке, где Николетта проводит большую часть времени. Можно предположить, что главной наследницей была названа именно она. Однако говорят, что за месяц с небольшим до своей смерти Паваротти внес в завещание существенные изменения и сделал главными наследницами дочерей от первого брака.
Николетта Мантовани, женщина, надо сказать, решительная и сдаваться без боя, конечно, не собирается. Полтора месяца назад, накануне изменения завещания, она, очевидно, догадываясь, что поправки будут не в ее пользу, попыталась завладеть нью-йоркскими квартирами мужа. Учитывая беспомощное состояние Лучано, Николетта наверняка бы переписала их на себя, если бы нашла документы. Она даже позвонила Франке Страте и попросила поискать бумаги в сейфе в их доме (Лучано во время частных остановок у друзей нередко прятал документы в их сейфе и забывал их там). Но бумаг Страта не нашла, и квартиры Николетте так и не достались.
Теперь наследникам осталось только ждать, когда зачитают завещание. Которое, возможно, таит в себе немало сюрпризов.
